 |
|
Я должен был исправить мотор или погибнуть. Воды у меня едва хватило бы на неделю. Итак, в первый вечер я уснул на п..
Антуан де Сент-Экзюпери (Saint-Exupery)
«Маленький принц»
Шакал, обреченный на прозябание в зарослях сорной травы среди развалин Вавилона, представляется нам наглядным примером отщепенца, изгнанного отовсюду; но..
Герман Мелвилл (Herman Melville)
«Энкантадас или очарованные острова»
Судьба стучится в дверь 34. Хорошая сидячая ванна 35. В высшей степени комильфа 36. Лама савахфани? 37. Главка с булавку 38. Выкрутасы (2), или Празднество бабочек 39...
Джон Стейнбек (John Steinbeck)
«Благостный четверг»
Смотрите также:
Ханс Риндисбахер От запаха к слову моделирование значений в романе Патрика Зюскинда “Парфюмер”
Патрик Зюскинд. Немецкий прозаик и драматург
Андрей Бабайкин. Обзор творчества Патрика Зюскинда
Патрик Зюскинд Парфюмер. История одного убийцы
Перевод с немецкого А.Тарасова
...Что там был за вопрос? Ах, да: какая книга произвела на меня
наибольшее впечатление, более всего повлияла на мое развитие, отложила на
меня свой отпечаток, потрясла меня, вообще "наставила меня на путь истинный"
или же выбила меня "из колеи".
Однако, право же, все это отдает каким-то печально-травматическим
опытом или шоковыми переживаниями, а их пострадавший обычно вызывает разве
что в картинах своих кошмарных снов, но не в состоянии здорового
бодрствования и уж никак не излагает их письменно или не заявляет о них во
всеуслышание, на что, если я не ошибаюсь, уже по праву указал один
австрийский психолог, чье имя мне в данный момент не приходит на ум, в одной
весьма рекомендуемой для прочтения статье, названия которой я не могу больше
вспомнить с точностью, но которая вышла в сборнике под общим названием "Я и
ты" или "Оно и мы" или "Сам я" или что-то в этом роде (был ли он за
последнее время переиздан в таких издательствах, как "Ровольт", "Фишер",
"Дэтэфау" или "Зуркамп", я точно не знаю, но могу сказать, что обложка там
была бело-зеленая, или желтовато-голубая, а скорее даже
серо-сине-зеленоватая).
Хотя, быть может, вопрос ставит своей целью вовсе не изучение моего
невротравматического читательского опыта, а скорее имеет в виду то
потрясающее событие из творческой жизни, которое отражено, например, в
известном стихотворении "Красавец Аполлон"... впрочем, нет, оно называлось,
кажется, не "Красавец Аполлон", а как-то по-другому, в названии было что-то
архаичное, "Юный торс" или "Древний прекрасный Аполлон", или что-то похожее
на это, однако мы уклоняемся от темы... -- которое запечатлено в этом
известном стихотворении, написанном, написанном... хм... -- не могу сейчас
вспомнить имени автора, но это был действительно очень знаменитый поэт с
коровьим взглядом и густыми усами, он еще помог с квартирой на Рю-де-Варенн
этому толстому французскому скульптору (как бишь его звали?) -- квартира это
еще слабо сказано, это был настоящий дворец, с парком, который и за десять
минут было не обойти! (тут, между прочим, задаешься вопросом, чем люди в то
время все это оплачивали?), ну, как бы там ни было... -- которое, значит,
находит свое отражение в этом замечательном стихотворении, которое я больше
не могу процитировать целиком, последняя строка которого, однако,
неизгладимо запечатлелась в моей памяти вечным моральным императивом, а
конкретно: "И жизнь свою ты должен изменить!"
Итак, как же обстоит дело с теми книгами, о которых я мог бы сказать,
что их чтение изменило мою жизнь? Для того, чтобы осветить эту проблему, я
подхожу (с этого момента прошло всего лишь несколько дней) к моей книжной
полке и провожу взглядом по корешкам книг.
Вы читаете «Литературная амнезия», страница 1 (прочитано 0%)
«Голубь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Контрабас», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тем временем:
... "Зеленые, - вспоминал он, - растущие над землей,
не белые, зеленщик всегда клал их на самый верх". "Покупать их можно только
в сезон, Альфред. Выращенные в теплице никогда не пахнут". Почему я это
сделал? Почему необходимо жениться на женщине, чтобы понять, что она тебе не
нравится? Почему нельзя принять решение до свершения события, а не после
того как? Для чего нужна вся эта юридическая подготовка, если она не
защищает нас от самих себя? Охваченный ужасом, ища спасения, Уинзер пытался
обрести спокойствие и вернуть хладнокровие, бродя по бесчисленным авеню
внутреннего мира. Прогулки эти придавали ему сил, пусть и на доли секунды,
убеждали в нереальности пистолета.
Этот пистолет по-прежнему не существовал.
Но Уинзер не мог оторвать от него глаз. Он никогда не видел пистолет со
столь близкого расстояния, никогда ему не приходилось уделять столько
внимания цвету, форме, обводам, модели, степени новизны оружия, дуло
которого смотрело ему в переносицу под сверкающим в небе солнцем. Стреляет
ли он, как пистолет? Убывает, как пистолет, отправляет в мир иной, как
пистолет, превращая черты лица в кровавое месиво? "Нет, - храбро заверил он
себя, - быть такого не может. Этот пистолет не существует, абсолютно не
существует!" Он - химера, галлюцинация, вызванная белым небом, жарой и
солнечным ударом. Это горячечный пистолет, вызванный к жизни плохой едой,
неудачными женитьбами и двумя днями изматывающих прокуренных совещаний,
поездок в лимузине по кривым, пыльным, забитым транспортом улицам Стамбула,
полетом ранним утром на реактивном самолете "Транс-Финанз" над коричневыми
горными массивами Центральной Турции, убийственным трехчасовым путешествием
по узкому серпантину горных дорог, проложенных по краю бездонных пропастей,
склонам, заросшим колючими кустарниками, между которыми торчали валуны и
сломанные ульи, расположенным на высоте шестисот футов над восточной частью
Средиземного моря, утренним, но уже безжалостно палящим солнцем...
ресурс http://www.zuskind.ru/
