 |
|
людишками, которые не могут купить себе одежды, больно дорого, и согреться не могут, потому как керосина нет, или угля, или дров, или бензина всякого, да и денег нету, ведь ..
Хулио Кортасар (Julio Cortazar)
«Игра в классики»
Но был слишком опытен, чтобы совершить такую глупость. Впрочем, человек с апельсиновыми корками как раз закурил с..
Морис Леблан (Maurice Leblanc)
«Красный шарф»
В нашем же мире праздность обернулась бездельем, а это совсем разные вещи: бездельник подавлен, он томится от скуки, изматывает себя постоянными поисками движения, которого ему так не хватает...
Милан Кундера (Kundera Milan)
«Неспешность»
Смотрите также:
Патрик Зюскинд. Немецкий прозаик и драматург
Андрей Бабайкин. Обзор творчества Патрика Зюскинда
Ханс Риндисбахер От запаха к слову моделирование значений в романе Патрика Зюскинда “Парфюмер”
Патрик Зюскинд Парфюмер. История одного убийцы
Перевод с немецкого О. Дрождина.
Комната. Играет пластинка, Вторая симфония Брамса. Кто-то тихо
подпевает. Шаги, которые только что удалились, возвращаются. Открывается
бутылка, этот Кто-то наливает себе пиво.
Минуточку... один момент... -- Вот! Вы это слышите? Вот! Сейчас! Слышите
вы это? Сейчас повторится, тот же самый пассаж, минуточку.
Вот! Вот сейчас вы его слышите! Я имею в виду басы. Контрабасы...
Он снимает иглу с пластинки. Конец музыки.
...Это я. Или даже мы. Коллеги и я. Государственный оркестр. Вторая
Брамса -- это уже впечатляюще. В этом случае мы были вшестером. Состав
средней величины. Всего же нас восемь. Иногда нас усиливают еще кем-нибудь
до десяти. Был даже случай, когда было двенадцать, а это сильно, скажу я
вам, очень сильно. Двенадцать контрабасов, если они захотят, -- сейчас
теоретически, -- вы не сможете удержать их даже с целым оркестром. Уже даже
чисто физически. Остальные тогда могут просто упаковывать вещи. Но без нас
на самом деле ничего не получится. Можете спросить кого угодно. Любой
музыкант с удовольствием вам подтвердит, что любой оркестр в любой момент
может отказаться от дирижера, но не от контрабаса. В течение столетий
оркестры обходились без дирижера. А дирижер, даже исходя из истории музыки,
-- это изобретение новейших времен. Девятнадцатого века. И даже я могу вам
подтвердить, что мы в Государственном оркестре иногда играем, совершенно не
глядя на дирижера. Или глядя мимо него. Иногда мы играем, не обращая
внимания на дирижера так, что он этого и сам не замечает. Оставляем его там
впереди размахивать так, как он себе хочет, а сами развязываем себе руки. Не
с ГМД. Но с гастролирующими дирижерами -- всегда. Это самая потайная и
желаемая радость, которой едва ли с кем-нибудь можно поделиться. -- Но это к
слову.
С другой же стороны, совершенно нельзя себе представить иного, а именно
-- оркестр без контрабаса. Можно даже сказать, что оркестр -- это как
определение -- вообще начинается лишь там, где присутствует бас. Существуют
оркестры без первой скрипки, без духовых инструментов, без литавр и без
труб, без всего. Но не без баса.
Что я хочу всем этим сказать, так это лишь то, что контрабас просто и
бесспорно является самым важным инструментом в оркестре. С этим не
согласиться нельзя никак.
Он создает общую основную структуру оркестра, на которой лишь только и
может держаться весь остальной оркестр, включая дирижера. Таким образом, бас
-- это фундамент, на котором, говоря образно, возвышается все это
великолепное здание, говоря образно. Попробуйте забрать оттуда бас, и тогда
возникнет чистейшее вавилонское смешение языков. Содом, в котором никто
более не знает, зачем он вообще играет музыку. Представьте себе -- приведем
пример -- Симфонию си-минор Шуберта без басов.
Страницы: (27) : 123456789101112131415 ... >>
Вы читаете «Контрабас», страница 1 (прочитано 0%)
«Голубь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тем временем:
... В остальном же ничем не отличалась от своих сверстников». А в конце как никто другой душевно сыграла на пианино. «Хм-м», -- подумал я.
-- Ты, наверное, думаешь, что эта женщина -- скучная? -- спросила она. -- На самом деле -- прекрасный человек!
-- Хм-м.
Остановив занесённую ко рту ложку, она впилась взглядом в моё лицо.
-- Правда-правда! Может, ты не поверишь...
-- Верю, -- ответил я. -- Вот высплюсь, проснусь -- тогда смогу верить ещё сильней.
-- Она и в правду чуточку банальна, но банальность -- не такой уж и порок.
-- Точно -- не порок, -- кивнул я головой.
-- Не думаешь, что это лучше, чем, как ты, искоса смотреть на мир?
-- Ничего и не искоса! -- запротестовал я. -- Просто меня полусонного потащили для ровного числа на свадьбу совсем незнакомой девчонки. Только потому, что она, якобы, подруга моей подруги. Я вообще ненавижу свадьбы. Сидят сто человек и едят паршивые устрицы!..
Она, не проронив ни слова, аккуратно опустила ложку в тарелку и вытерла рот краем белой салфетки. Кто-то запел. Несколько раз сверкнула вспышка.
-- А тут ещё эта дрёма, -- добавил я. Ощущение, будто меня бросили одного в незнакомом городе и без чемодана. Я сидел, скрестив руки, когда принесли стэйк, над которым, как и следовало ожидать, распласталось газообразное тело. «Представь, что здесь белая простыня», -- заговорило оно. -- «Шикарная белая простыня -- только из стирки. Ну как? Ныряй в неё! Сначала покажется зябко, но это сразу пройдёт. Там пахнет солнцем!»
...Её маленькая ручка коснулась моей кисти. Едва заметно запахло духами. Тонкие прямые волосы скользнули по моей щеке... Я открыл глаза, как будто от толчка.
-- Уже скоро конец. Потерпи. Прошу тебя! -- сказала мне на ухо подруга. Белое шёлковое платье отчётливо выделяло форму её груди.
Я взял в руки нож и вилку и медленно порезал мясо Т-образными линиями. За столами веселились гости. К их громким беседам подмешивалось клацанье вилок о тарелки. Стоял шум прямо как в метро в час пик.
-- Если честно, я засыпаю на всех без разбора свадьбах, -- признался я. -- Причём всегда. Будто так нужно.
-- Да ну!
-- Я не вру. Ну, правда. Не знаю почему, но ещё не было ни одной свадьбы, где я бы не заснул...
ресурс http://www.zuskind.ru/
